Добавить в избранное


Рекомендуем:

Анонсы
  • Певцы и судьи >>>
  • Сказка о домашних тапочках >>>
  • Вундеркинд трамвайных линий >>>
  • О вороне:повод и причина >>>
  • Мужик на лестнице >>>


Новости
Презентация книги Иосифа Данкина "Блажен, кто верует" >>>
Фоторепортаж Давида Гренадера и Фриды Шутман
с... >>>
Творческий вечер Клары Рубиной >>>
читать все новости


Все произведения


Случайный выбор
  • Про пёсика и утку  >>>
  • Любимый герой  >>>
  • Штопор  >>>

 
Анонсы:


Анонсы
  • Название стихотворения >>>
  • Поёт синичка... >>>
  • Хочу адама! >>>
  • Я насытился, кажись... >>>
  • Шарик >>>


Новости
Встреча с историком литературы из Санкт-Петербурга... >>>
Презентация 10-го юбилейного выпуска Альманаха "Паруса" >>>
Награждение финалистов конкурса "Человек года 2012" >>>
читать все новости



Лорд Форштадт

 

 

Грохало

 

Школа располагалась над озером. Ребята на переменах шумной гурьбой бежали вниз, чтобы гонять чаек с небольших островков вблизи берега. Ёсик тоже бежал с ними, но чаек не гонял. Он всем говорил, что чайки – это души погибших моряков, и нельзя их обижать. Ребята его не слушали: он вообще мог наговорить короб всякой всячины, за что и прозвали его Грохало, т.е. Балабол. Он всем рассказывал, как погиб крейсер, затёртый льдами, на котором отец его был капитаном. Но все знали, что у него вообще отца не было, а мамка его – учителка Сара Исааковна – такая строгая, что ни один человек не захочет быть у неё мужем.
Ёсик был мечтателем. Бывало, идёт урок, и вдруг вызывают: «Кнапнугель к доске!». Это у него фамилия такая. А он сидит, глядит в одну точку, будто бы не слышит, пока кто-нибудь из ребят ни крикнет: «Грохало!» Он тот час же встрепенётся, встанет, «Я здесь», - скажет. Ну, конечно, весь класс – в хохот.
Как-то раз уговорили его ребята сходить на сопку за кедровыми шишками. А дело это опасное – скала крутая. И срывались иногда ребята. Не погибали, правда, но калечились часто. Вот несчастье и случилось с Ёсиком. Собирал он спокойно шишки, как вдруг увидел, что рядом что-то шевелится. Как заорёт: «Медведь!» - и сорвался вниз. Правда, недалеко – к счастью, за ветку зацепился, но побился изрядно. Крику и плачу – на всё побережье. А это Колька из третьего класса в кустах был. Досталось тогда Ёське от ребят, но ещё больше – от мамы. Драться и спорить он не любил, потому ребята и девчата к нему с усмешкой всегда относились, но уважали, потому, как если что-то у него просили, отказу не было, и всегда помочь старался. А учился он хорошо, в классе первым был по успеваемости и поведению. Его всегда в пример ставили. Ещё бы! Мамка-то у него учителка!
Как-то новость рассказал: «К маме друг приходил, капитан-лейтенант, обещал скоро нас забрать на базу, где подлодки стоят. Он там служит и обещал меня на подводной лодке прокатить.» Конечно, ему никто не поверил, и ребята долго ещё смеялись и спрашивали, когда он кататься на подводной лодке будет.
А ещё у Ёсика увлечение было. Любую вещь починить мог, даже часы ремонтировал. Вот годам к тринадцати и взял его к себе в ученики дядя Вася-часовщик. А через короткое время стал вдруг Ёсик известным часовых дел мастером. Часто уходил дядя Вася в запой, а когда возвращался, то не до работы ему было – руки тряслись. Так и стал Ёсик незаменимым в городе человеком. А как школу закончил, своё дело не бросил. И звали его теперь – Грохало-часовщик. Девушки его не сторонились. Парнем он был красивым, статным, да и поговорить с ним интересно.
Но вот сам он девчат сторонился, просто боялся их.
Однажды Сара Исааковна привела в дом девушку и говорит Ёсику: «Это Рая, Раиса Семёновна. Она учительница и приехала издалека к нам, по направлению. Жить у нас будет».
Раиса Семёновна оказалась красивой, стройной и очень дерзкой девчонкой. Она всё время подтрунивала над ним и смеялась так звонко, что её смех наполнял всю квартиру. Ёсик боялся её больше, чем маму, и старался не попадаться на её острый язык. Но Рая тащила его на молодёжные вечеринки, а в кино ходила только с ним. Постепенно их отношения укрепились. Внезапно разгорелась любовь. Они ходили, взявшись за руки, и их глаза горели нескрываемой страстью. Потом была свадьба. Но Рая так и осталась главой семьи.
Ёсик поступил на заочное отделение политехнического института. Их дочурке Оле было уже лет пять, когда получили они, как молодожёны, квартиру в доме барачного типа, прямо напротив часовой мастерской, где работал Ёсик, и он часто смотрел на окна своей квартиры, не отрываясь от работы.
Была поздняя осень. Ночью выпал снег, но к полудню растаял. Солнце ярко светило холодными лучами. К вечеру ударил сильный мороз. Рабочий день заканчивался. Ёсик в ожидании конца работы думал о том, что Рая сейчас сидит над тетрадками и ждёт его, а Оленька, их дочурка, сидит рядом и выводит каракули на листочках. Так и он когда-то в детстве сидел рядом с мамой. Он поднял глаза, и его охватил ужас: над бараком, над его домом, колыхались языки пламени. В мгновение, очнувшись от охватившего его оцепенения, он бросился на улицу. Тротуар покрылся коркой льда, но он мчался, ничего не замечая, не чувствуя ушибов и ссадин от падений. К дому он подбежал, когда пламя уже охватило всё здание. Вокруг толпой стояли соседи и любопытные. Его семьи среди них не было. Он рванулся в пламя и невероятными усилиями, в бушующем огне, открыл дверь своей квартиры. В дыму трудно было что-либо разобрать. Потолок обрушился, продвигаться из-за образовавшегося завала было тяжело. Вдруг он наступил на что-то мягкое. Он отпрянул, увидев на полу жену и дочь. Рая лежала, прижатая упавшей балкой, крепко прижимая к себе Олю. Не чувствуя ожогов, он приподнял балку и высвободил жену. Рая с криком: «Спасай дочь!» - кинула её в руки Ёсика. Он выскочил из пламени, и люди подхватили дочурку. На него направили струю из брандспойта. Он огляделся и закричал: «Рая-ааа!..», но Раи не было. Ничего не сознавая, он опять ринулся в пламя. Рая лежала в коридоре, на полу, без сознания. Подняв её на руки, Ёсик ринулся прочь из огненного ада. Одежда на его теле горела. Люди не ожидали от такого тихого и застенчивого юноши подобного героизма. Даже повидавшие немало на своём веку фронтовики были восхищены его подвигом. На него обрушилась лавина воды из брандспойтов. Ёсик потерял сознание.
Очнулся он от нестерпимой боли. Сквозь марлю он видел тусклый свет, но только одним глазом. Позвал медсестру: «Что со мной? Что с моими? Они живы?» - «У Вашей дочери незначительные ожоги, а жена Ваша в тяжёлом состоянии. Повреждена нога, но состояние не страшней Вашего. Вы сильно обгорели, на лице нет кусочка живого. Терпите, даст Бог, всё обойдётся. Живы будете.»
Всё обошлось. Все остались живы. Лицо Ёсика теперь представляло сплошную рану. Не было ни бровей, ни ресниц, ни ушей. Веко правого глаза не поднималось. Волосы обгорели. А Рая оставалась такой же красивой, на лице её не было следов трагедии, но нога была повреждена. Они так же ходили по городу, взявшись за руки. Так же в их глазах сиял огонь любви. Но Ёсика уже не звали Грохало, а с почтением называли Иосиф Михайлович.
 

Все права принадлежат авторам, при использовании материалов сайта активная ссылка на источник обязательна